Перечитываю с огромным удовольствием автобиографическую книгу Георгия Данелии «Тостуемый пьёт до дна». От простоты общения с талантливым режиссёром на душе становится легко и светло. Предлагаю вашему вниманию небольшой отрывок из текста.
В главе «ЦК — ЭТО ЦК, А ВОВА — ЭТО ВОВА» Данелия рассказывает, как однажды ему срочно надо было вылететь из Тбилиси в Москву.
В авиакассе Георгию Николаевичу сказали, что билетов нет, «ничем не можем помочь». Тогда он пошёл к своей знаменитой тётушке – грузинской актрисе — Верико Анджапаридзе.
«Верико сразу же позвонила министру грузинской авиации. Министр авиации сказал, что для племянника самой великой актрисы в мире у него всегда билеты есть. Минут через пятнадцать он перезвонил, извинился и сказал, что сегодня, оказывается, особый день и билетов нет». Билеты есть на завтра, на любой рейс.
Тогда Данелия позвонил в ЦК Дэви Стуруа! (грузинский партийный деятель).
«Дэви сказал, что билет не проблема. Я ему сообщил, что Верико говорила с министром, и тот сказал, что сегодня какой-то особый день и билетов нет.
— Ну, министр — это министр, а ЦК — это ЦК.
Через десять минут и Дэви сказал, что билетов на сегодня действительно нет. Особый день.
И я пошел в гостиницу».
По дороге встретил Вову Мартынова – это был тбилисский «свой парень».
«Он спросил по-грузински:
— Что ты такой грустный?
Я ему сказал о проблеме с билетом.
— Э! Я думал у тебя действительно что-то случилось! Пойдем и возьмем билет!
— Билетов на сегодня нет.
— Для нас, Гия, билеты у них есть! Пошли!
Народу у кассы было очень много, к окошку не подойти. Вова, высокий и широкоплечий, снял кепку, вытянул руку с кепкой вверх, приподнялся еще на цыпочках и крикнул на весь зал:
— Нана, это я, Вова! Посмотри сюда! Кепку мою видишь?!
— Вижу твою кепку, Вова! Что хочешь?
В Тбилиси было две джинсовых кепки, одна у Вовы, вторая — у знаменитого футболиста, форварда сборной СССР, Давида Кипиани.
— Один билет в Москву на час пятнадцать! — крикнул Вова.
— Паспорт давай!
Вова взял у меня паспорт и попросил передать его в кассу.
— Подожди! А деньги? Деньги возьми! — сказал я.
— Деньги я ей отдам, не волнуйся — сказал Вова. (У меня он денег не взял, когда я начал настаивать, он сочувственно посмотрел на меня и сказал, что я совсем обрусел.)
На самолет я успел. Летел и думал:
«Министр — это министр, ЦК — это ЦК, а Вова — это Вова!»