Аист на крыше – мир на земле
Радостную новость в день Благовещения я прочла в Одноклассниках: «Сегодня мне посчастливилось увидеть, как вернулись аисты в родное гнездо в Знаменске. Проезжаю мимо кирхи Святого Якоба, а в гнезде аист стоит и наводит марафет: прихорашивается, чистит крылышки и ждёт самочку», - написала Зинаида Соколова.
Теперь представьте: кирха Святого Якоба была построена в 1260—1280 годах, а в 1945 году после ковровых бомбардировок наших "союзников" в городе Знаменске (до войны назывался Велау) остались только развалины, но стены кирхи оказались несокрушимыми - выстояли и уцелели "...под перекрёстным артогнём". И каждый год в одно и то же гнездо (что вы видите на фото) сюда прилетает аист, чтобы занять это место, и ждёт свою подругу, которая примчится с женской стаей чуть позже.
Памятная табличка на кирхе Святого Якоба. Кирпичи, которым скоро будет 1000 лет (тысяча!). Цемент, который не покрошился и не осыпался.
А ведь было: "Вспомним бездомную после немцев Смоленщину: нет у нас жалости, нет у нас жалости к немцам, пусть дрожат от холода возле чёрных холодных домов своих, спаленных зажигательными снарядами собственной отступающей армии. В том же Велау, как в капле воды, видишь грандиозный размах, видишь характер нашего великого наступления. Город в дыму. Немцы и здесь поджигали. Во всей Пруссии улицы завалены белыми и красными перинами. Прусские лавочники собирались уходить с комфортом. Часть гарнизона, состояла из молокососов и старикашек фольксштурма. Они не успели даже, как следует взорвать мосты через Прегель. Их настигла наша разведка. Многие фольксштурмовцы, присланные сюда из Берлина, теперь в плену. Они считали себя спасителями Германии, шагали по плацу гусиным шагом и шипели как гуси: «Смерть русским!».
...Нельзя без волнения видеть на дорогах Восточной Пруссии наши дорожные знаки. Их встречаешь на магистральных шоссе и на самых глухих, отдаленных проселках. Красная Армия мгновенно освоила громадный район. Девушка-регулировщица, начинавшая войну где-нибудь в предместьях Москвы, стоит теперь с флажками в центре Восточной Пруссии и привычной, спокойной рукой направляет потоки машин: Велау — прямо, на Кенигсберг — направо! Идут по немецким дорогам наши видавшие виды «зисы». Идут ярославские пятитонные грузовые, автомобили, снуют вездесущие «эмочки». Советский порядок на земле и в небе. Над полями сражений сталкивается в воздухе моторный гул автомобилей и самолётов. Курс — Кенигсберг".
Битва в Пруссии газета «Известия», 11 февраля 1945 годаЕ.Кригер || «Известия» №35, 11 февраля 1945 года
Помню, когда я училась в Знаменске в начальной школе, наша учительница рассказала нам, что возле кирхи Святого Якоба произошёл несчастный случай с подругой аиста (я забыла: то ли машина сбила, то ли ещё что), птицу похоронили. Аист целыми днями стоял около её могилки.
Наступили холода, он не улетел в тёплые края с птичьей стаей. Люди приносили ему еду, подкармливали. Однажды утром увидели аиста, лежащего на могилке своей подруги. Его похоронили рядом.
Почему верности люди должны учиться у птиц?
Не могу забыть эту историю, поэтому с особенной радостью любуюсь аистами в вечном гнезде на кирхе Святого Якоба: жизнь продолжается! Символично сочетание гнезда аиста на развалинах кирхи с куполом, напоминающим по форме каску немецкого солдата времён Первой мировой войны. Существует поверье, что там, где селятся аисты, рождается больше детей. Аист ( = жизнь) победил фашизм, символом которого является стальной пикельхельм, так называется защитная каска). Над поверженным рейхстагом водрузил над развалинами знамя победы - своё гнездо.
«Пройдут года, утихнут войны, отшумят революции, и нетленным останется одно только — кроткое, нежное, любимое сердце ваше». (А.Н. Толстой. Хмурое утро).
Чудны дела твои, Господи!
